Актуальность данной статьи продиктована необходимостью исследования культурного ландшафта Якутска на художественном материале якутской прозы ХХ в. как сегмента, в пределах которого наиболее ярко раскрывается уникальное качество национального мира. В связи с этим научная новизна статьи очевидна: она состоит в необходимости осмысления якутского городского текста как смысловой структуры, которая проявляется в константности образов, универсалий, обладающих культурно-исторической, ментальной общностью. Исследование одного из интересных аспектов якутского городского текста, модели гео-пространства «города на костях», не получило по сей день детальной разработки в якутском литературоведении. Концептуально данная работа опирается на научные взгляды о локальных текстах, которые по своей сути понимаются намного шире городских, предполагая помимо городского текста также включение и «аласного» текста, и лиминального хронотопа, создающих художественные модели пространства, дополняющих и примыкающих друг к другу в едином якутском тексте. В контексте заявленной темы новой смысловой активностью является изучение образа романного героя, сознание которого чрезвычайно отзывчиво к модификациям окружающего ландшафта. Авторская позиция продиктована актуализацией категории инаковости в художественном тексте, раскрывающей проблему самоидентификации человека в огромном урбанистическом пространстве, которое предстало в качестве апокалиптического начала в якутском мире. Особую, претендующую на новизну, трактовку получает в контексте данной статьи категория перевернутости, обосновывающая художественную организацию всего якутского мира, а точнее зеркальных положений города и аласа, композиционно-сюжетную основу произведений, весь спектр национально-поэтической образности. Учитывая ограниченный объем статейной публикации, понятие перевернутости рассматривается в пределах данной статьи в отношении амбивалентных образов пространства.
The relevance of this article is dictated by the need to study the cultural landscape of Yakutsk on the artistic material of Yakut prose of the twentieth century as a segment within which the unique quality of the national world is most clearly revealed. In this regard, the scientific novelty of the article is obvious: it consists in the need to understand the Yakut city text as a semantic structure, which is manifested in the constancy of images, universals that have a cultural-historical, mental community and United in a single model of «City on bones», which has not received detailed development in Yakut literary studies to this day. Conceptually, this work is based on scientific views about local texts, which are inherently understood much more widely than urban texts, assuming that in addition to the urban text, both the «alas» text and the liminal chronotope are included, creating artistic models of space that complement and adjoin each other in a single Yakut text. In the context of the stated theme, a new semantic activity is filled with the study of the image of the novel hero, whose consciousness is extremely responsive to modifications of the surrounding landscape. The author's position is dictated by the actualization of the category of Otherness in the literary text, which reveals the problem of self-identification of a person in a huge urban space, which appeared as an apocalyptic beginning in the Yakut world. In the context of this article, the category of inversion that justifies the artistic organization of the entire Yakut world, or rather the mirror positions of the city and alas, the compositional and plot basis of works, and the entire spectrum of national poetic imagery, receives a special interpretation that claims to be new. Given the limited scope of the article publication, the concept of inversion is considered within this article in relation to ambivalent images of space.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.